Россия, г. Всеволожск :

Волки

В районном отделении милиции
мне рассказали с пасмурными лицами,
как от райцентра за десятки вёрст
водитель двух хозяйственников вёз,
Земля плясала пядями и сопками.
По небу — сало пядями и сотками.
Весь горизонт деревьями иззубрен.
Посостязайся  в чуткости с изюбрем,

volki

лесного зверя скрадывай,  как призрак,
удачу сторожи: она капризна!…
Самец тревогу протрубил с высотки,
и безнадежно опустели сопки.
Оленей нет. Куда попало целься,
— пропала у охотников лицензия.
Закат иссяк. Костёр воспрянул змеем.
Жирнел на лицах антикомарин.
Хозяйственник другому говорил:
«Нет, выследить оленя не сумеем!»
А ночь дрожит от звуков неизвестных.
К шофёру горожане льнут: «Ответь, —
ты должен знать, ты, кажется, из местных, —
не врут, что здесь шатается медведь?»
«Не врут. Здесь с годовалым медвежонком
всего одна медведица живёт»…
А слушатели грелись чаем жёлтым
и огурцы макали в свежий мёд…
Встал поутру шофёр — и ни души.
В ветвях вовсю горланит птичье вече..
Видать, ушли, костра не 
потушив.
И вдруг — предсмертный крик не человечий!
Шофёр, неосторожен и торопок,
аукал и искал на топких тропах…
Охотники лежали на привале.
Они «Златые горы» напевали.
Одежда их была репьём увита.
Увидел он: медведица убита.
Довеском — медвежонок рядом с матерью.
И солончак под ними белой скатертью…
Пошёл шофёр. А впереди охотники
под ношами маячили, как ходики.
Один,  с фигурою пузато-бычьей,
расхвастался: «Крадёмся за добычей…
Не он, я первый подошёл к ручью.
Гляжу — медведь. Не трушу. Не кричу.
Пальнул! И по распадкам, как по трубам,
горохом — грохот… Выстрел ничего!
Пестун, как часовой, стоял над трупом.
Приплюсовали к маме и его!»
И вот из-под машинного сиденья
явилась водка тамошних кровей.
И за добычу, за её съеденье
хвалили так, что краска до бровей.
Потом шутили, размещаясь в «Волге»:
«Пусть думают — медведей съели волки!»
Шофёр повёл машину с седоками,
со шкурниками, с едоками.
Он вёл её дорогами окольными.
Сердились реки, в бродах клокоча.
А ели зеленели колокольнями.
А лиственница вдруг — как каланча.
Бил ветер по зелёным по хоромам.
И слышалось шофёру с горяча:
звенели ели звоном похоронным,
набатным отвечала каланча…
Он седоков, как ношу за плечами,
доставил враз. И оба закричали:
«Ослеп? Назад!»
Пришёл конец охотам:
«МИЛИЦИЯ» написано над входом.

Related Posts